Геннадий Ветров – один из самых узнаваемых комиков России, постоянный
участник программы «Аншлаг» и многих юмористических передач. К «Аншлагу»
можно относиться по разному. Есть мнение, что этот долгожитель
российского эфира  - образец юмора недалёкого, глуповатого. Этот имидж
до известной степени затеняет и актёров, которые работают в этом
проекте.  Чего греха таить, я и сам так долгое время думал. Ровно до
того момента, когда увидел выступление Геннадия Ветрова и его группы
«Ветреные люди» «вживую». Яркое, насыщенное выступление, красивые
костюмы, клоунские репризы и музыкальные пародии. А главное шутки –
смешные и свежие.
После концерта Геннадий согласился дать небольшое интервью для читателей
нашего журнала.
- Очень яркое интересное выступление. Совсем иное впечатление, чем от
просмотра ваших телевизионных работ.
- Просто на телевидении я себя в своё время неправильно позиционировал.
Теперь приходится исправлять ошибки.
- Вы родом из пригорода украинского Донецка Макеевки. Ваши родители,
случайно не шахтёры?
- Несколько поколений моих предков действительно были горняками.
Последним в этой династии оказался мой папа. Отработав четыре года на
шахте, он сказал: «Сынок, быть шахтёром, конечно, хорошо. Но пойду-ка я
лучше в парикмахеры.»  И эта профессия действительно оказалась
призванием моего папы.  А вообще то наши корни из Орловской губернии.
- То, что ваше призвание юморист, все, наверное, поняли уже в школе...
- Раньше. В детском саду. Я участвовал практически во всех мероприятиях,
где раздавали хоть какие-нибудь подарки.
- Ваше школьное прозвище наверняка созвучно фамилии?
- Меня всё время и звали и зовут «Ветер». Повезло с фамилией (смеётся).
- Расскажите ваш путь от макеевского школьника до известного питерского
артиста.
- Мама очень хотела, чтобы я был инженером. Поэтому пришлось закончить
инженерно-строительный институт в Макеевке. После армии решил идти туда,
куда зовёт душа. Донецкая филармония дала мне направление в
Ленинградские творческие мастерские. Мол, тебе там сделают  постановку
номера, и ты с ним будешь работать от нашей филармонии. Но в Ленинграде
сразу возникла сложность. Поскольку образование у меня было высшее, а
время было советское, то резко поменять «профиль» с инженера на артиста
по закону было нельзя. В это время в театральных мастерских набирался
курс в театральный институт. Я пришёл к руководителю набора и сказал,
что не мыслю себя без театра. Готов пойти грузчиком и кем угодно. Мне
разрешили «показаться» на просмотр. И вот теперь я вам даю интервью уже
как артист.
- По Инету гуляет байка, что вы поздно ночью позвонили домой Регине
Дубовицкой и сказали: «Есть один талантливый питерский артист, который
бы очень украсил вашу передачу». После этого  в составе «Аншлаг» и
появился Геннадий Ветров.
- Это совершенная правда. Я чувствовал, что мой «поезд популярности»
уходит, и решился на эту наглость. Дело в том, что я семь лет
гастролировал за рубежом, пользовался там достаточной популярностью. Но
в России артиста Ветрова никто не знал. Этот ночной звонок сделал своё
дело.  Регина в последствии смеялась, что до сих пор не понимает, почему
она тогда не бросила трубку.
- А в каких странах вы работали до «Аншлага»?
- В основном в Германии, Франции, Швейцарии, Финляндии и США.
 - Ну  с Германией, США и Францией всё понятно – «там на четверть бывший
наш народ». А вот Финляндия со Швейцарией  несколько выбиваются из
списка.
 - Дело в том, что я работал исключительно на иностранцев, а не на
русскоязычную публику. Моя специализация называлась «музыкальный
эксцентрик». В  арсенале у меня было множество самых неожиданных
инструментов, вплоть до лаптей и топоров. Каждое  выступление
обязательно начиналось с зазубренной  на языке страны пребывания фразы:
«Всё, что я сейчас говорю, я выучил наизусть и прошу вопросов мне не
задавать».  Зрители всегда смеялись, и сразу возникала легкая и
непринуждённая атмосфера. Однажды в США пришлось в одиночку отработать
33 концерта на американскую аудиторию. Более того, даже мой
импресарио-американец по русски не знал ни слова. Это уже сейчас, когда
наш коллектив известен, нас стали приглашать и русскоязычные общины.
- А сейчас музыкой занимаетесь?
- Недавно с большим трудом выпустил свой музыкальный диск. Почему с
трудом? Ярлык юмориста мешал. Звукозаписывающие компании так и говорили
: - Ну ты же юморист, зачем тебе это надо? Сейчас есть идея сделать свой
собственный сайт, чтобы каждый мог скачать мои юмористические песенки
бесплатно, прямо из Интернета. (К слову, белокалитвинские интернетчики
предложили Геннадию помощь в изготовлении сайта. Ветров с радостью за
это предложение ухватился. По его словам, все самое дельное производится
именно в провинции).
- Тексты пишите сами?
- Процентов на 65. Остальное покупаем у разных авторов.
- Музыке где учились?
- Закончил музыкальную школу по классу баяна. И ещё консерваторию по
классу бубна. Бубню Гайдна и Шнитке. Вот вы смеётесь, а меня часто
всерьёз спрашивают: - В самом деле есть консерватория по классу бубна?
Это конечно шутка. Был забавный случай. Однажды перед концертом ко мне
обратился один телеканал – нельзя ли снять вашу подготовку к
выступлению? Я ходил по сцене и играл на баяне «Чардаш» Монти. Оператор
с тележурналисткой  ходили по пятам за мной. Затем девушка-корреспондент
спросила: - А это вы сами так здорово «Чардаш» играете? Что вы, ответил
я в шутку – это «фанера». И тележурналисты с облегчением закивали
головами. Мол, тогда всё понятно.
- Где вас лучше принимают – столице или в провинциальных городах?
- Да мы везде привыкли побеждать. Многое зависит от того, как ты сам на
данный момент настроен.
- Как часто меняете свои комические маски?
- Сейчас уже не меняю. Как раз это и навредило моей карьере. У меня
много было ярких игровых номеров. Но всегда, когда выступаешь в обойме с
«речевиками» - проигрываешь. Вышел человек на сцену, рассказал смешной
анекдот – и зал покорён. Поэтому сейчас я ушёл в разговорный жанр.
Россия – страна духовная. Здесь на первом месте слово, а не картинка.
Одним неверным словом можно «зачеркнуть» себя для публики. Поэтому
российскому артисту надо уметь общаться с залом. А вот на Западе как раз
больше ценят трюк и фишку.